Диаграмма Ганта — популярный инструмент планирования: на ней основан богомерзкий МС-Проджект, она используется в методе критической цепи и ПМБоКе. Если вы запланируете простейшее действие, скажем поклеить дома обои, и нанесете на календарь последовательность операций (сходить в магазин, вынести мебель), то у вас получится диаграмма Ганта.

Диаграмма Ганта показывает стратегический план — длительность частей проекта и взаимосвязи между этапами. Это работает на пресейле длинного проекта или на встречах с высоким руководством: создается иллюзия, что вы понимаете, что и когда произойдет в будущем.

Стратегический план нельзя путать с проектным. Проектный план — декомпозирован. Он говорит участникам, что сделать прямо сейчас, чтобы приблизить результат. Посмотрите разницу:

Из проектного плана технолог видит, что если макет завтра не прилетит, то надо звонить менеджеру. Проектный план можно согласовать с личным — «Так, в четверг отправляем шаблон, значит с утра в пятницу не получится сходить в парк. Ну ничего, схожу в понедельник».

Проектный план, в отличии от стратегического, нельзя проебывать. В русской модели управления даже маленькое нарушение дисциплины, за которое не последовало наказания (хотя бы нейтрального «ребята, мы проебали, давайте думать»), ведет к стагнации всей системы. Так работает мозг — если перестать спрашивать, то он разленится.

Не путайте диаграмму Ганта с проектным планом. Проектный план нужен, чтобы сделать проект, а диаграмма Ганта — чтобы рассказать, как вы его будете делать. Работайте по проектному плану, а диаграмму Ганта уберите подальше и показывайте только заказчику.

Единственный способ создать фильтр на все входящие в Гмейле — вот такой:

Нужно создать правило «не содержит слов» и поставить туда какое-нибудь длинное слово, которое вам точно никто не напишет.

В рамках отказа от бизнес-попсы прочитал Ли Куан Ю — «Из третьего мира — в первый». Ли Куан Ю пробыл у руля Сингапура 30 лет, придя к власти сразу после отделения от Великобритании. В начале его правления жители острова со страхом ждали вывода британских войск, страдали от безработицы и боялись отключения пресной воды из Малайзии. Теперь Сингапур входит в четверку «восточноазиатских тигров» и управляет экономикой всего мира.

Книга увесистая — 570 страниц. Ли Куан Ю скучно рассказывает о международных отношениях (Китай, Япония, Камбоджа), и поучительно — о внутренней политике Сингапура. Из книги вы узнаете о пользе цензуры, борьбе с коммунистами и коррупцией, о построении системы образования или об управлении кабинетом министров.

Сомневаюсь, что Ли Куан Ю описал настоящий Сингапур — в реальном мире нельзя честным путем 30 лет продержаться у власти. Но я бы с радостью переселился в государство, которое живет по правилам из этой книги.

После того как я заметил разницу в отношении людей к уходу за собственными домами и за жильем, которое они снимали, я убедился, что чувство собственности имеет глубокие корни в человеческой натуре.

Во время беспорядков в 50–60-х годах люди присоединялись к толпе, били ветровые стекла автомобилей, переворачивали машины и сжигали их. А когда беспорядки вспыхнули в середине 60-х годов, после того как многие из них стали владельцами жилья и собственности, они вели себя иначе. Я наблюдал, как молодые люди уносили свои мопеды и мотороллеры, припаркованные на обочинах дорог, чтобы закрыть их в безопасных местах — на лестницах домов УЖГР, в которых жили.

Несмотря на открытость американского политического процесса, ни одно государство мира не знает, как Америка среагирует на кризис в какой-либо части планеты. Если бы я был жителем Боснии или Косово, я бы никогда не поверил, что американцы вмешаются в развитие ситуации на Балканах. Но они вмешались, и не для того, чтобы защитить фундаментальные национальные интересы Америки, а для поддержки прав человека и прекращения преступлений, совершенных суверенным правительством против собственных подданных.

Жизнеспособна ли такая политика? Применима ли она во всем мире? События в Руанде, в Африке, не служат тому подтверждением. Поэтому американские друзья не устают напоминать мне, что их внешняя политика зачастую направляется не соображениями, касающимися стратегических национальных интересов, а американскими средствами массовой информации.

Когда мы вернулись в его кабинет, за завтраком он объяснил мне различие между британской и японской системой управления. Японские управляющие и инженеры начинали свою карьеру на рабочих должностях — прежде чем получить продвижение по службе, они должны научиться понимать рядового рабочего. Британский управляющий на верфи сидел в покрытом коврами кабинете и никогда не спускался в цех или на верфь к рабочим. Это плохо сказывалось на морали и производительности труда.

…

Японские менеджеры абсолютно преданы своей работе. В 70-х годах один японский инженер на судоверфи «Джуронг» не сумел завершить важный проект по строительству нефтехранилища из-за ошибки, которую он совершил при расчете затрат. Он чувствовал глубокую ответственность за снижение годовой прибыли компании и покончил с собой. Мы были потрясены. Мы не могли себе представить чтобы какой-нибудь житель Сингапура обладал таким же чувством личной ответственности.

«Переломный момент» — первая книга Малькольма Гладуэлла. Книга в формате учебника для юных маркетологов рассказывает о распространении социальных эпидемий — быстрого, без очевидных причин, изменения стереотипов поведения вроде курения среди подростков или спада преступности в Нью-Йорке в 1990-х годах. В общем, не буду пересказывать википедию.

Книга написана легким художественным языком и не содержит практического смысла. Вас познакомят с лучшими образцами диванной психологии: вы узнаете как тестируют на детях Улицу Сезам, познакомитесь с теорией разбитых окон и бизнес-моделью компании Гор-текс, которая строит самостоятельные кластеры по 150 человек, чтобы люди держали в голове имена всех своих коллег.

Если хотите легкого «чтива про бизнес» — покупайте.

Любой, кто был в кинотеатре, знает, что количество зрителей значительно влияет на характер восприятия кинофильма: комедии не бывают смешнее, а триллеры не захватывают сильнее, чем в переполненном кинозале. Психологи утверждают примерно то же самое: когда людей просят сделать заявление или принять решение в составе группы, они приходят к более однородным выводам по сравнению с тем, когда их просят сделать это в одиночку

Встретил в книге «Из третьего мира в первый», автор — Ли Куан Ю, бывший премьер-министр Сингапура:

Мой подход заключался в том, чтобы поставить наиболее способного человека имевшегося в моем распоряжении, во главе наиболее важного министерства. Обычно это было Министерство финансов, а в период обретения независимости – Министерство обороны. Этим человеком был Го Кен Сви. Следующий наиболее способный из оставшихся министров получал наиболее важный из оставшихся портфелей.